[ESO] Русскоязычное ролевое сообщество

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » [ESO] Русскоязычное ролевое сообщество » ­Анкеты персонажей » Эанатум Ашшурпанасси, данмер, вне альянсов.


Эанатум Ашшурпанасси, данмер, вне альянсов.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Изображения (постепенно буду обновлять)

http://s8.uploads.ru/t/2vkL1.jpg
http://s5.uploads.ru/t/MyXk7.jpg

Имя: Эанатум Ашшурпанасси
Клички: Эшлендер, дикарь (обычно так его называли в Храме, стремясь принизить данмера за счёт его происхождения).

Возраст: 52 года

Раса: данмер

Место жительства: на данный момент — съёмная квартира в Балморе.

Профессия, род занятий: бард, несостоявшийся клирик и ординатор.

Внешний вид: данмер среднего роста и относительно крепкого телосложения. Имеет резкие черты лица, волосы выбриты в короткий ирокез, а добавляет образ шрамирование по телу и лицу, сделанное ещё совсем в юном возрасте, во время своего эшлендского периода.

Биография

Эанатум родился в одном из малых племён эшлендеров, где-то в районе Грейзленда. Его отец, Шипал Ашшурпанасси — охотник. Мать — Синнами Зама-Расур — была в девичестве ученицей шаманки, однако сбежала из своего племени ради Шипала и занялась скорнячеством. Эанатум, его старший брат Яхаз и младшая сестра Ми-Итлу жили в родительской любви, заботе и в достатке (в эшлендерском понятии).

Малочисленность племени и слабый вождь привели к тому, что противники выбили племя Эанатума в пустынные земли Шигората. В поисках укрытия племя забрело в  давно заброшенное двемерское поселение, где данмеры, наконец, смогли найти убежище. Там Эанатум впервые познакомился с культурой двемеров. Конечно, отсутствие образования позволяло мальчишке лишь вдохновляться внешними атрибутами гномов, однако эти образы въелись в его душу навсегда.
В первые же полгода погиб Яхаз, наткнувшись на забредший автоматон. Затем и Ми-Итлу от тяжёлой, доселе неизвестной болезни. Племя вымирало. Эанатум видел это и не хотел делить разделить эту участь. Получив жёсткий отказ отца на просьбу рассмотреть вариант путешествия, Эанатум в тот же вечер собирает свои пожитки и отправляется в путь, не попрощавшись ни с кем. Больше Эанатум домой не вернётся.

Сперва 13-летний мальчик сторонился поселений домовых меров, однако, когда он добрёл до Балморы, у него уже не оставалось ни сил, ни вдохновения искать своё место в жизни. Мальчишка просто отправился на улицы просить милостыню. Там его подобрал жрец храма Трибунала, Ано Ллетру, дав ему на время кров и тёплую пищу. Понимая, что альтернативой является только улица, мальчишка впитывал рассказы старика о Трибунале, , что, безусловно, не могло не изменить его восприятие. Он не любил Трибунал и никогда не полюбит, однако преисполнился уважением к нему.

Через год Ано умирает, передавая всю свою собственность Эанатуму. Однако сразу после похорон дом Ано опечатывают ординаторы, и вынуждают мальчика бежать. Понимая, что дороги назад в Эшленд нет, Эанатум бежит в Гнисис, где начинает штурмовать храм с требованием принять его на обучение. Всё это время Эанатум побирался возле храма, выполнял любую работу, что подвернётся под руку, лишь бы выжить. Мальчик понимал, что Храм — это почти неисчерпаемый источник ресурсов, что при Храме он не будет нуждаться ни в еде, ни в крове. Через полгода противостояния эшлендский мальчик уже стал "достопримечательностью" Гнисиса, когда в тамошний храм направили нового каноника. Тот, понимая, насколько красиво будут смотреться в его резюме строки о перевоспитании в истинную веру эшлендера, принимает Эанаутма под личное покровительство. Следующие 20 лет жизни Эанатум проводит при храме, обучаясь грамоте и боевым искусствам, собираясь стать ординатором. Уже к тому моменту Эанатум примирился с одновременной верой в Предтеч и Трибунал, объяснив для себя это тем, что Трибунал смог вытеснить Принцев и занять их место по праву силы, как учит данмеров Боэта. Однако многие клерики приняли жест каноника как плевок Храму, поэтому эти 20 лет дались Эанатуму очень тяжело. Данмер прятался от постоянных конфликтов либо в библиотеке, либо в клубах, сперва слушая и помогая приезжим бардам, а затем и выступая сольно. Благодаря своему экзотическому происхождению, крепкому телосложению и слабостям хранительницы библиотеки храма Гнисиса, для Эанатума не было запретной литературы. Поняв, что он может проложить себе дорогу своим телом, Эанатум не раз посещал другие храмовые и частные библиотеки, убедившись сперва в половой принадлежности владельцев и хранителей. Особую страсть данмер питал к изучению двемерской культуры.

Городская жизнь, в конце-концов, разбаловала данмера. В своих выступлениях, пользуясь авторитетом покровителей, он часто затрагивал щекотливые темы и балансировал на лезвии ножа. Алкоголь и продажная любовь совершенно испортили Эанатума, однако, благодаря покровителям, ему всё сходило с рук. Шло время. Каноник был убит Мораг Тонг, его место занял бывший каноник храма Балморы. Тогда-то недоброжелатели и смогли поквитаться с Эанатумом. После трёхдневных слушаний Эанатума отлучили от Храма, вдобавок конфисковав всё его имущество. Данмер снова остался ни с чем на улице. Однако он уже не был испуганным своим поступком мальчишкой, однако стал весьма прожжёным жизнью мужчиной. Эанатум пускается в путешествие по Морровинду, зарабатывая выступлениями.

Во время своих странствий Эанатум встречается с загадочным данмером, который начинает утверждать, что род Эанатума не всегда был эшлендским и, когда-то давно, он принадлежал Дому Дагот, который, хоть и пал, но отнюдь не исчез. Бард отмахнулся от этого, однако зерно сомнения закралось в его душу. К сожалению, вне Храма какие-либо упоминания о родах Шестого Дома было сложно отыскать, и вскоре Эанатум забросил все попытки дознаться правды.

Проведя порядка десяти лет в странствиях по континентальному Морровинду, Эанатум несколько остепенился, хотя и не растратил юношеского запала. Бард возвращается на остров с просьбой снова принять его в Храм. Однако там он встречается со своими старыми недоброжелателями, что, в итоге, перерождается в серьёзный конфликт, результатом которого становится контракт с Мораг Тонг. Эанатум снова бросается в бега, уже от лесников. Не находя себе пристанища, данмер решается на отчаянный шаг: он сам убъёт того, кто, по его мнению, заключил на него контракт и, возможно, ассасины отстанут от него. Эанатум стал продумывать план, в результате которого всё же смог подобраться достаточно близко к заказчику и устранить его. Расстратив все деньги по дороге из Гнисиса в Сейда-Нин (дабы убраться с острова), он застревает в Балморе, где его всё же настигают ординаторы. Однако и здесь удача улыбнулась барду: всего лишь через пару дней жестоких пыток за него заступается Фелса Орети, бывшая библиотекарша храма Гнисиса, а ныне — весьма высокопоставленная особа при Храме, обещая ему защиту от посягательств Храма и Мораг Тонг в память о многих проведённых вместе ночах и за одну услугу, о которой она попросит позже. Перепуганный бард соглашается, после чего оседает в Балморе на пару недель. После чего к нему приходит конверт с просьбой о встрече, чтобы поговорить об этой услуге.

UPD Услуга состояла в следующем — нужно было достать "ключ" у одного даггерфольского мага и проникнуть в недра Красной горы, откуда нужно было украсть нейкий артефакт.. Вдохновлённый, данмер соглашается и после короткого путешествия на Запад, возвращается к Красной горе. Лишь только проникнув внутрь, данмер начинает ощущать огромную силу, покоящуюся в недрах. Устрашённый, помня о легендерном Сердце Мира, данмер убирается оттуда и докладывает о том, что сумел только проникнуть внутрь, но артефакт побоялся доставать. Однако заказчику хватило и этого — всё следующее время Эанатум не будет нуждаться в деньгах.
Путешествие наложило свой отпечаток — барда стали преследовать навязчивые кошмары. Убегая от них, бард подсел на лунный сахар. Так бы и закончил свою жизнь, если бы не роковая прогулка с жрицей культа Вермины.
Чуть позже Эанатум вместе со всеми работниками Пьющего Скриба попал в тюрьму из-за отравления важного мера, однако и там удача не отвернулась от эшлендера, и его выпустили после короткого заключения.

Характер: Эанатум — экстраверт. Жизнь научила его использовать по-максимуму возможности наладить связи, и потому он охотно идёт на контакт, никогда не выдавая своего истинного отношения к особам. После неудачного случая с одной юной особой, оказавшейся убийцей Мораг Тонг, стал сторониться любовных отношений, предпочитая не привязываться к женщинам. Эанатум давно понял, что нужно меняться, однако, вместе со стремлением серьёзно относится к жизни, он всё ещё не может побороть юношеский запал и тягу к приключениям. Поэтому он получает одинаковое удовлетворение как от обсуждения устройства Нирна в представлении двемеров, так и от непринуждённой пьяной драки.

Политические взгляды: будучи бардом, Эанатум отказывается принимать какую-либо сторону.

Религиозные воззрения: Эанатум почитает Предтеч, однако уважает Трибунал за его силу. После вступления в культ Вермины не отрёкся от старых воззрений, но включил её в свой личный пантеон.

Сильные стороны: удача, образованность, умение находить связи, музыкальный талант, неплохая физическая подготовка.

Слабые стороны: слабые способности к магии, весьма посредственные боевые навыки, мания задевать острые темы и балансировать на грани, постоянный внутренний конфликт касательно норм поведения, страсть к алкоголю.

Отношения с другими персонажами: Шипал Ашшурпанасси — данмер-эшлендер, охотник, отец, местоположение неизвестно; Синнами Зама-Расур — данмер-эшлендер, несостоявшаяся шаманка, мать, местоположение неизвестно; Фелса Орети — бывшая библиотекарь при храме Гнисиса, ныне — Мастер Храма трибунала (Морнхолд), покровитель Эанатума.

Отношение к критике: положительное.

Отредактировано Zmiciervuz (2018-04-11 10:56:35)

+5

2

Подредактировал, наконец, квенту в части биографии.

0

3

Эанатуму снились самые разнообразные сны с тех пор, как тот заключил сделку с Верминой, но этой ночью сон оказался совершенно иным, необычным. Эанатум оказался в городе, он был в Вивеке. Он шёл, но не мог себя контролировать, хоть и осознавал, что спит. Бард направился вдоль границы города, и вошёл в какой-то проход под землёй, кажется, канализацию. Оказавшись внутри он направился дальше вперёд, видя разных личностей, но почему-то не распознавая их лица, не мог сконцетрироваться на них. Дойдя до конца странного зала, кажется, заброшенной канализации, подогнанной под убежище для преступников, он заметил странную фигуру. Единственную фигуру, лицо которой ему удалось различить. Это была данмерка, и она смотрела на него. В руке она держала посох. Посох, до самых мелочей подходящий под описание Черепа Порчи, о котором говорила Херви.
- Он у неё. Забери его! - бард услышал властный женский голос, принадлежащий явно владелице Плана, в котором он находился. Но после этих слов больше ничего не было, данмерка с посохом, как и всё вокруг, исчезла, и Эанатум проснулся.

И этот сон теперь будет сниться ему еженощно...

Отредактировано Zmiciervuz (2018-05-05 11:49:57)

0

4

http://s9.uploads.ru/t/QD2qn.png

Эанатум ловко спрыгнул с панциря силтстрайдера на платформу. Даже здесь, на самой окраине города, на высоте уши заглушал шум торговой площади. Многие торговцы, не сумевшие найти себе место внутри стен, нашли место вне их. Таким образом, торговая площадь поглотила врата в город (вследствие чего от последних осталась лишь пустая арка) и простиралась за его пределы.
Всю поездку данмера мучали сны, навеянные Госпожой кошмаров. За эти несколько ночей данмер выучил расположения места, в которое ему нужно было попасть. Было похоже на пещеру контрабандистов или ещё каких преступников, что пугало барда. Хоть и за полвека он навидался всякого, однако старался не переступать эту черту. Что ж, что бы ни происходило, всегда есть первый раз. Главное — чтобы он не оказался последним.
— Замечательный камзол, мутсэра? Уверен, он будет Вам как раз! — бард встретился взглядом с обращающимся к нему торговцем.
— А? Что? Нет… Хотя… — пробурчал Эанатум и взял в руки нахваливаемый предмет гардероба. Мягкая, приятная ткань, изысканный, но не перегруженный декор, чёткий, даже немного агрессивный крой… Пощупав себя по кошельку, бард выдохнул, отдал камзол и направился к кантонам.

Продолжение

***

— Быдло неотёсанное… Че-е-есть… До-о-ом… — бурчал эльф, попивая самый дешёвый мацт в таверне Округа Святого Делина. Неожиданная встреча с Ллерву, которая пришлась так кстати, обернулась полным крахом. Пьяный в квама стражник не только не пошёл навстречу но, наоборот, кажется, вконец обозлился на бывшего эшлендера. Оставалось лишь надеяться, что его состояние скажется и на его памяти к утру — разило от редоранца как от целого притона суджаммовых алкоголиков. Бард усмехнулся краем губы. Неужели он настолько теряет хватку, что не смог даже с пьяницей совладать? Неважно. Важно то, что проклятый кинжал так и лежит на пыльных складах красношапочников. В лучшем случае…
Последний глоток мацта.
— Сэра, повторите! — Эанатум хотел поставить кружку на стойку, но вышло громко стукнуть ей. Неважно. Ничего не важно. Важно достать кинжал. ОНИ сказали, что, если станет совсем плохо — стоит лишь воспользоваться им, как ВСЕ проблемы решатся. Что именно произойдёт — данмер не знал, но понимал, что в его положении не стоит пренебрегать путями отхода. А вдруг… Верёвка на шее затягивается всё туже. Скриб, кажется, потерян. В Балморе, возможно, его уже ищут. Благо, он сумел перед Баленом показать себя идиотом и, если он вдруг исчезнет, его никто не станет искать. Кто бы то ни был. Дендраса? Нила? Бард не мог их бросить. Для него они уже стали семьёй. Как и Векха… Не могла она просто так уйти.
— Вообще-то, вполне могла… Не первый раз, — вполголоса пробурчал эльф.
— Кто она? — из раздумий барда вывела барменша, мерно протиравшая какое-то блюдо.
— Никто… — ответил бард в пустоту.
— Да-да, к нам постоянно приходят такие, как ты… Говорят про «никого» … Дай угадаю: она ушла?
— Нет, это… Вообще-то да, ушла, — согласился мер.
— Ещё бы, взгляни на себя: бритая башка, шрамы, да и бороду ты свою когда в последний раз чесал? Не удивлюсь, если там уже поселилась колония квама… — попыталась привнести нотку юмора данмерка. Неудачно. — Извини…
— Да нет, ты права, но… это не то… Она не моя любовница, просто… друг.
— Конечно, у всех есть такой просто друг, который совсем не друг…
Спорить с барменшей было бессмысленно. Бард взял оставленное девушкой блюдо и посмотрелся в него: синяки под глазами, давно уже отросшая колючая щетина на голове, а борода… Может, стоило её сбрить? Поменять причёску. В идеале ещё и город. Начать всё сначала… Кого он обманывает? Он слишком глубоко влез, чтобы вот так просто «начать всё сначала». И что это? Морщины? Блюдо исчезло из рук данмера.
— Именно! Послушай… Я дам тебе ключ от ванной: иди, приведи себя в порядок и верни её! Что бы она ни говорила, куда бы не сбежала, хоть на край Нирна — верни её! Слышишь меня? — барменша сжимала блюдо руками на груди и смотрела прямо в уставшие глаза Эанатума. Эанатум же даже не поднял взгляд.
Перед носом данмера появились ключи. «Вернуть… Да, я верну его» — пронеслось у барда в голове.

***

Лезвие с приятным шуршанием скользило по голове барда. «Итак… Подкупить или выкрасть… Может, Ллерву и не вспомнит этот инцидент, но, стоит мне появится на глазах — память точно вернётся… А может быть он до сих пор всё помнит, и в Балморе меня уже ждут. Значит, сделать это должен кто-то другой… Кто-то… Кого-то нужно нанять…». Может быть, не так уже и плохо то, что ему нужно идти в самое сердце преступного мира Вивека? Там явно должен быть кто-то, кто интересуется деньгами больше своей безопасности. В любом случае, ему нужны деньги. Немалые деньги. Кажется, по виску что-то потекло. Бард посмотрел вниз и увидел капельки крови на краю таза с водой. Нужно быть аккуратнее. Во всём.
Итак, деньги. Их у Эанатума оставалось катастрофически мало. Однако он знал, где взять ещё. Фелса. Она должна была быть всё ещё в Вивеке. В конце-концов, денег у неё была куча, и она питала к бывшему эшлендеру непонятную привязанность. С её-то возможностями давно можно было найти себе кого-нибудь помоложе и поисполнительней, конечно, но почему-то она всегда была рада видеть барда и содержать его. Стоило попытаться навестить.
— Ну что, Тум, пора затянуть верёвку на шее ещё чуть туже? — спросил данмер отражение в зеркале. Гладко выбритый, с небольшим, аккуратным ирокезом и страшной нечёсаной бородой мер по ту сторону зазеркалья ему ничего не ответил, лишь грустно смотрел уставшими глазами.
— Даже не спрашивай: просто знаю. Ничего не даётся просто так. Ни-че-го! — наиграно-бодро произнёс Эанатум.
— Однажды ты послушал её. И видишь, во что это вылилось? Почему ты думаешь, что сейчас это тебя не добьёт окончательно? Тебе не может везти вечно, — отражение оставалось хмурым.
— Потому что я всегда изворачиваюсь, вот что! И вообще, заткнись, меня не интересует твоё мнение! — бард вычёсывал бороду.
— Идиот! Ты и так по уши в дерьме! Куда глубже? Дно, вот оно, — но ты отчаянно бьёшь ногами в попытках пробить его и выйти просто на новый уровень! Вермина, шалк, мутная ситуация в Скрибе, проблемы с законом… тебе мало? — отражение скрестило руки на груди.
Бард молчал и взялся за бритву. Теперь стоит подравнять линию бороды. Осторожно…
— Не первый раз же говорю: вернись к истинным Богам. Проси их о прощении, и они откликнутся. Прекрати закручивать вокруг себя проблемы!
Эанатум взялся за ножницы и осторожно стал подрезать бороду. Успеет ещё её сбрить. Но вот выровнять её стоило давно.
— Ты ведь понимаешь, что эта Фелса, она не просто так тебя терпит? Ты ей нужен, и её новая услуга может оказаться для тебя последней, если не хуже?! — отражение чуть не кричало, облокотившись руками на столик.
Бард ещё раз провёл расчёской по бороде, утёр полотенцем прилипшие к коже состриженные волоски и стал всматриваться в зеркало, оценивая результат своих трудов.
— Хотя бы мускусом натерись, чучело… — буркнуло отражение.
Бард снял полотенце с шеи и накинул на зеркало. Достал. Наскоро одевшись, он подошёл к двери и повернул ключ, отворяя замок. «Шегорат меня… И давно я разговариваю сам с собой?»

***

Мекра Орвани, молодая барменша в одном из небольших трактиров в Округе Святого Делина, устало плюхнулась на стул. Совсем недавно только перевалило за полдень, однако она уже успела набегаться и натерпеться, и теперь решила хотя бы на пять минут присесть и, возможно даже, что-нибудь перехватить. Из-за угла показался преобразившийся незнакомец и направился прямо к ней. Положив ключи на стол, он улыбнулся, расплатился за мацт и, коротко поблагодарив, выскочил в двери. Девушка устало улыбнулась и облокотила голову на ладони: пусть хоть у его «друга» будет свой принц, который поскачет за ней даже в самое жерло Красной Горы. Саму же девушку пока ждала только гора немытой посуды…

***

Бард шёл за ординатором по коридорам Зала Справедливости. Стоило ему только произнести «Фелса Орети ожидает меня», как ординатор на входе тут же повёл его вглубь храмового округа. «Знает ли он меня? Не ловушка ли это?» — мысли барда путались, стоило ему только вспомнить, как его тащили по этим коридорам, кажется, уже так давно. Однако злополучный спуск вниз давно исчез за поворотом, и теперь бард шагал по чистому коридору гостевых комнат. Дойдя до двери в покои Орети, ординатор остановил Эанатума, и, постучав, сперва вошёл сам. Затем, выйдя, он пригласил уже барда внутрь и закрыл за ним дверь.
— Я ожидала тебя много ранее, Эанатум, — будничным тоном произнесла женская фигура у трюмо с огромным зеркалом. Из-за спины женщины бард не мог видеть отражение её лица.
— Я сам от себя этого ожидал, госпожа, — тихо произнёс Эанатум и приблизился к ней.
Немолодая уже, но вполне ещё привлекательная эльфийка смотрела на бывшего эшлендера сквозь зеркало. Чёрные локоны, уложенные в тугую причёску, уже тронула седина, а на лице появились морщины. Тем не менее, она держала царственную осанку.
— И всё же ты вернулся только сейчас. Могу я узнать, почему?
— Я был жутко занят… К тому же, после последней Вашей услуги, у меня появились проблемы.
— И какие же?
Бард замялся.
— Ну же, мальчик мой! Ты можешь мне открыться. Я ведь однажды поверила в тебя, верно?
— Сны… Навязчивые…
Данмерка, наконец, взглянула на барда и поднялась.
— И что же тебе снилось?
— Шалк… Пустота…
Фелса улыбнулась и поднялась, поравнявшись с бардом.
— Но это ведь замечательно, Эанатум.
Бард скривил брови и вопросительно взглянул на женщину.
— Позже. Придёт время, и я всё расскажу тебе. А пока — не стоит бояться неизведанного. Его нужно познать. Перестань ужасаться и прими его. Возможно, оно само откроется тебе. И вот тебе дружеский совет: никому не рассказывай о своих снах, договорились? — данмерка улыбнулась и положила палец на губы Эанатума. Тот сглотнул.
Фелса отошла к шкафчику и достала два изысканных бокала и бутылку коловианского вина. Разлив по бокалам, один предложила барду. Тот сделал пару глотков. Фелса же отошла к двери и закрыла на ключ, затем произнесла заклинание тишины.
— Итак, ты вернулся. Чего ты ожидал от меня?
— Боюсь, что мне нужны деньги, — пробормотал Эанатум.
— И так всегда… Неужели сложно было хотя бы соврать, что ты соскучился по мне? — Фелса добродушно усмехнулась.
— Я… У меня сейчас небольшие проблемы, и потому никак не удавалось отлучиться из Балморы, госпожа…
— Фелса.
— Госпожа Фелса.
— Что ж, мы поговорим об этом чуть позже. Ровно как и о новой услуге. Ты ведь не рассчитывал, что я буду содержать тебя просто так? — Фелса сделала пару глотков из бокала и бросила игривый взгляд на Эанатума.
Бард выдохнул и, выпив бокал до дна, расстегнул верхнюю пуговицу жилета…

***

Бард остекленевшими глазами всматривался в пустоту перед собой.
— Ты вернул её? — поинтересовалась Мекра, протягивая барду завтрак из печёного батата и стейка из никс-гончей.
—Нет… Пока нет… Но я сделал первый шаг.
— И правильно! — воскликнула девушка, взяв яблоко и смачно его укусив. — Вот это поступок настоящего мужчины! Не то, что этот идиот Мерил, — буркнула девушка, явно намекая о последующем русле разговора…
— Ага, — безучастно кивнул данмер, взявшись за стейк. Девушка фыркнула и отошла.
По понятным причинам, данмер за ночь так и не сомкнул глаз. Если бы не зелья бодрости, коими Фелса активно поила барда и себя, он бы навряд ли даже стоял на ногах. Но теперь он был даже благодарен за это: не пришлось снова смотерть этот сон про посох. Кстати посох… Стоило бы с ним разобраться, если уж он всё равно в Вивеке. Или хотя бы попытаться. Решено: сперва в банк, затем — за посохом.
— Эанатум Ашшурпанасси, — бросил бард барменше, собираясь уходить. — Извини, слишком много проблем. Надеюсь, мы ещё увидимся в менее сложное время, — проронил данмер и, улыбнувшись девушке, вышел в двери.
— Мекра… — фыркнула девушка, когда бард уже ушёл.

Отредактировано Zmiciervuz (2018-05-05 11:41:09)

+4

5

http://s7.uploads.ru/t/A74Nu.png

Эанатум с грохотом опустил руки на стол. Довольно изящные деревянные протезы, прикрепленные к рукам системой ремешков, издали глухой стук. Данмер снова проклял свою судьбу за то, что она не убила его ещё в пыточных Храма. Бывший бард теперь совершенно не знал, что делать дальше — вся его жизнь была связана с музыкой. Теперь же — остались лишь бесцельные блуждания по земле в поисках не самой поганой кончины. Да и кому он теперь нужен, без рук? Фелса? Вот уж вряд ли, она постоянно требует от него «услуги», в том числе и те, которые требуют рук… Вермина? Вот уж кому служить, особенно теперь, Эанатум желал в последнюю очередь. Скриб? Бард и так жил на деньги Фелсы и не требовал зарплату, только выпивку. А теперь, безрукий, он-то и на это не сможет рассчитывать… Дрес? Бард искренне не понимал, почему именно он. Почему именно он всё время встревает в подобные передряги. Мысль закончить жизнь в петле уже не казалась такой уж и непривлекательной…

Продолжение

— Что это у тебя? — принесшая скрибовое желе и мацт Мекра уставилась на руки барда.
Бард, не поднимая взгляд, молча убрал руки под стол. Девушка же поставила снедь и присела рядом.
— Что у тебя с руками? Это ведь из-за неё, верно?
Бард, выдохнув, утвердительно кивнул. Это было проще, чем объяснять о Вермине, посохе и Безумной.
Получив ответ, девушка положила свои руки на плечи барда:
— Любовь, она такая: всегда требует жертв.
Эанатум скривил уголок губы в слабом подобии улыбки.
— Не расстраивайся: после такого, видя твои старания, она точно-точно вернётся к тебе! — с наивной улыбкой проговорила девушка. Мекра старалась не смотреть на руки.
Бард бросил взгляд на кинжал, прикреплённый к поясу. Уже «вернулась». Осталось только понять, как он работает и при этом не дать ящеру понять, что именно он хочет сделать. Впрочем, что именно произойдёт, бард и так не знал, а неизвестность зачастую пугает более любой явной опасности.
— Послушай, Мекра, — начала было бард, которого уже утомили домыслы о сбежавшей невесте, — я думаю, что мне нужно забыть об этом. И тебе. Жизнь ведь продолжается, верно? — последние слова были направлены скорее себе.
Девушка смутилась и хотела было возразить но, встретившись с серьёзным взглядом Эанатума, лишь отвела взгляд. Бард же попытался взять ложку в протезы, однако она оказалась слишком мала для подобных манипуляций. «Неужели теперь всю жизнь я не смогу даже самостоятельно поесть?» — барда снова охватывала паника.
— Послушай, посетителей особо нет, и всю работу я уже переделала… Тебе помочь? — неуверенно спросила Мекра.
— Пожалуй… да… точно… — сбивчиво промямлил Эанатум.

***

Латунь тускло отсвечивала от горячих углей. Ксавер куда-то вышел, и данмер битый час пытался понять, что делать с кинжалом. Он вертел его в протезах, ронял, пытался нащупать нажимные панели на рукояти, ронял, махал им и пытался ему приказывать, снова ронял. В сердцах бард швырнул нож в стену, и теперь тот сиротливо лежал в другом конце комнаты. Похоже, пустышка. Эанатум не мог понять, к чему тогда было давать ему этот кинжал, наводить столько дыма и пафоса. Давать ложную надежду, в конце концов… Данмер от бессильной злости закричал. Либо это он настолько глуп, что не понимает чего-то… В любом случае, всю это оказалось напрасной тратой времени. В голову постоянно лезли мысли о том, чтобы плюнуть на всё и сбежать, начать всё с чистого листа. Однако подобные мечты всегда подходили к одной и той же точке — Вермине. С момента его поражения прошло пару ночей, и за всё это время он видел лишь одно послание от неё, испугавшее его до жути. Тем не менее, Эанатум понимал, что куда бы он ни сунулся, где бы не спрятался, его сны настигнут его повсюду. Эанатум в очередной раз проклял себя за то, что постоянно встревает в передряги, из которых потом сложно (если вообще возможно) выбраться.
Ремни, стягивающие правый протез, ослабли. Теперь нужно либо ждать ящера, либо просить кого-то затянуть, так как пользоваться протезом становится всё сложнее и сложнее. Не хватало ещё, чтобы тот отцепился в самый неподходящий момент. С трудом засучив рукав, данмер понадеялся подцепить его зубами, однако довольно быстро понял тщетность всей этой затеи. Фыркнув, бард соскочил с кровати на каменный пол и, шлёпая босыми ногами, стал расхаживать по комнате в ожидании Ксавера.
— Ведь я предупреждал, — голос в голове принадлежал ехидной бородатой рожице в настольном зеркальце, — глупо было туда соваться. Ты не воин. Ты — рифмоплёт и паяц.
— У меня не было выбора, — Эанатум старался держать себя в руках.
— Выбор есть всегда. Ты можешь пойти направо, можешь пойти налево. Можешь взять вилку, а можешь ложку, — последние слова звучали особо издевательски.
— Не было! Она достанет меня всё равно! Так или иначе, она добьётся своего! К чему тогда всё усложнять?
— Был! Вернись в Эшленд, преклони колени пред Истинными Богами и моли из о прощении! И, возможно, они даруют тебе покой!
— Меня не пустят к алтарям — глупо даже надеяться на это.
— Тогда уйди на покой. Скройся. Забери эту девчонку, Мекру, и беги как можно дальше, пока не найдёшь ещё кого-то, могущего тебя исцелить.
— Она-то здесь причём? — бард вскинул бровь и уставился в зеркальце.
— Ты слепец, раз не видишь очевидного! «Ложечку за маааму, ложечку за пааапу» — много ли твоих девок были готовы на это? К тому же уже весь трактир после вашего разговора в курсе, когда она заканчивает смену и что она совершенно свободна.
Бард задумался. Ему уже перевалило за полвека, а он до сих пор болтается, подобно беспечному юнцу. Да и в его теперешнем положении, как оказалось, просто необходимо, чтобы хоть у кого-то в окружении оказался десяток гнущихся пальцев.
— Именно! — уродец из зазеркалья не унимался. — Жаль только, что когда тебе отрежут и ноги — а тебе, с твоим неумением усидеть на месте, точно отрежут, — она не сможет возить тебя в телеге за собой. Ну ничего, к этому времени найдёшь себе какую-нибудь орчиху, будешь…
— Заткнись-заткнись-заткнись! — закричал Эанатум и ударом сбросил зеркальце на пол, отчего то разлетелось на добрую дюжину осколков.
— И последнее: если ты не знаешь, как использовать кинжал — используй его по назначению! Мне казалось, та безумная должна была научить тебя! Тупица! — множество маленьких данмеров хором прокричали из осколков.
Голоса затихли. Бард тяжело дышал, сердце кипело от ярости. Однако уродец был прав — один Эанатум теперь жить точно не сможет. Вермина всё равно на некоторое время отпустила его — быть может, она поняла, что теперь от него толку никакого? А эта Мекра… Ну, глуповата, но так даже лучше — меньше вопросов. А когда Вермина вернётся… Впрочем, бард решил разбираться с проблемами по мере их поступления. Осталось только предупредить Дендрасу о гостях — стоит не опоздать на утреннего силт-страйдера в Балмору, но сперва… Мекра вроде бы говорила, что обожает ночные прогулки по кантонам?

Отредактировано Zmiciervuz (2018-05-13 13:38:28)

+3

6

— Мутсэра! — бард не успел отпустить лютню, как его уже окрикнул один из зевак, — это было достойно!
Бард спускался с импровизированного помоста, устроенного на одной из многочисленных площадей внутри жилых кварталов в Балморе. Яркое солнце, нежный, тёплый ветер, праздно шатающиеся меры — было бы глупо не воспользоваться столь чудесным днём и не сыграть на улице. Особенно с учётом того, что он уже второй день почти не вставал из кровати, отсыпаясь после навязчивых снов о Шалке.

Продолжение

— Благодарю, — бард одарил слушателя искренней улыбкой. — В последнее время нечасто удаётся услышать комплимент от благодарных слушателей.
— Вы это заслужили, мутсэра. Возможно, я могу поблагодарить Вас за творчество бокалом гриифа?
Бард утвердительно кивнул. Незнакомец подозвал разносившую напитки данмерку и попросил принести напитки, а сам же пригласил барда найти укромное место.
— У Вас определённо есть талант. Особенно меня зацепило то, как Вы описали путешествие к Красной Горе. У меня появилось ощущение, что всё это Вам удалось пережить на собственной шкуре. Верно? — начал незнакомец после первого глотка.
Бард недоверчиво покосился на собеседника. Достаточно богатые, но не броские мешковатые одеяния, тщательно уложенные седые волосы, нелепо завязанный шарф, полностью скрывающий шею под самый подбородок.
— Вы недооцениваете силу воображения, сэра, — учтиво ответил Эанатум.
— И всё же я не думаю, что столь… подробные описания могут родится в воображении. Особенно учитывая их сходство с реальным положением дел, — наседал незнакомец.
Бард, сделавший первый глоток, вопросительно посмотрел на данмера.
— Не удивляйтесь, мутсэра. Мы ЗНАЕМ, что Вы были там, — твёрдо произнёс мер с ударением. — И мы знаем, что Вы прошли дальше, чем следовало бы.
Эанатум чуть не поперхнулся.
— Разговор закончен, — Эанатум поднялся с места и, выпив бокал до дна, собрался было уйти, однако незнакомец махнул рукой, и бард застыл в параличе.
— Зря Вы так, сэра Ашшурпанасси. Сложно было не заметить то, как топорно Вы действовали с отпирающим механизмом. Боюсь, что это уловили не только мы. Однако мы крайне удивлены тем, что Вы вообще достали его. Да и то, как Вы сбежали оттуда… Признаюсь, мы боялись, что просто за Вами не успеем и потеряем. Если бы не Ваш длинный язык — не разговаривать нам сегодня здесь. Кстати, постарайтесь впредь держать его в узде… Итак, через одиннадцать с половиной секунд действие паралича прекратится, и я бы хотел сделать вам предложение… Три-два-один!
Эанатум пошатнулся, снова вернув контроль над телом. Бежать, похоже, было бессмысленно.
— Что вам от меня нужно! И вообще, кто такие «мы»? — раздражённо спросил данмер.
— Что измениться от того, что я Вам скажу, кто такие «мы»? Что Вам даст имя? Ведь имя — это всего лишь способ идентификации объекта при передаче информации, а ведь Вы ни с кем не думаете это обсуждать, верно? — холодно улыбнулся незнакомец. — Итак, я хочу, чтобы Вы снова отправились в недра Красной Горы и сделали там кое-что для нас. Что — мы проинформируем Вас чуть позже.
— Я туда ни за что не вернусь! — отмахнулся бард. — Мне первое моё путешествие вылилось в очень крупные проблемы.
— Вы сделаете это, сэра Ашшурпанасси, — с расстановкой процедил мер. В голосе читалась толика раздражения. — То, что должно случится, — благословение АЛЬМСИВИ! И Вам выпала честь сделать свой вклад в это великое дело!
— Нет, — Эанатум настаивал на своём. Данмер пугал его — не первая мутная сделка, вылившаяся в огромные проблемы. — Я и так вляпался по горло, не хватало мне ещё раз… — Эанатум запнулся на последних словах.
Незнакомец потёр переносицу. Затем достал со складок мантии свёрток и вручил барду.
— Мутсэра. Мы можем решить разом все Ваши проблемы. Вы себе даже не представляете, от сколь величественного дела отказываетесь и насколько Вам повезло с шансом заиметь довольно могущественных союзников. Моё время здесь на исходе, и потому возьмите, — незнакомец всучил в руки барда свёрток. — Возможно, Ваше время ещё не пришло, но, в конце концов, всё станет на свои места, помните это. Вы — всего лишь маленькая невзрачная шестерёнка в великом механизме, вершащего божественные судьбы. Но даже маленькая шестерёнка при правильной работе и положении может заставить крутится огромный маховик. Подумайте над этим. Как только решитесь — используйте его. И, поверьте, Вас перестанут волновать любые проблемы прошлого. Приятного времяпровождения.
Незнакомец откланялся и свернул за угол. Бард так и остался стоять со свёртком в руках. Немного выждав, бард отвернул край материи — внутри виднелась дивная латунная рукоять кинжала…

Внезапная вспышка отдалась болью во всём теле. Не видя ничего перед собой, бард сделал мучительный вздох. Фантомы прошлого уступили место последним воспоминаниям: вот он идёт за Дрелотом по улице, вот он чувствует удар, вот он видит, что Ондрес, похоже, и не собирается его спасать… С’вит! Бард почувствовал, как холодные металлические клешни обхватили его лицо и приподняли. Разлепив глаза, Эанатум замутнённым взглядом разглядел необычный латунный шлем, уставившийся на него.
— А теперь ты отправишься в залы под Горой, — раздался знакомый холодный голос из-за маски шлема.

+2


Вы здесь » [ESO] Русскоязычное ролевое сообщество » ­Анкеты персонажей » Эанатум Ашшурпанасси, данмер, вне альянсов.