[ESO] Русскоязычное ролевое сообщество

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



[EP, Argonian] Dries-Own-Scalе

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Имя: Dries-Own-Scale
Клички: есть, самая необидная и несмешная из них – «Сухокожий»

Возраст: 28 лет (год рождения доподлинно неизвестен самому аргонианину, он отсчитывает время от первого дня рабства))

Раса: аргонианин

Место жительства: постоянное — отсутствует, временно арендует старый имперский домик на Баандарском Торговом Посту, что в Малабал Торе.

Профессия, род занятий: отсутствуют, однако многочисленные навыки и определённая эрудиция позволяют вести свободный образ жизни, не утруждая себя однообразной работой.

Внешний вид: рослый аргонианин впечатляющего телосложения и не слишком дружелюбного вида. Сухая шкура в пепельных оттенках местами украшена ороговевшими пластинками чешуи чёрного цвета. Глаза грязно-жёлтые без блеска и всякого выражения, отличительная особенность внешности — полное отсутствие лицевой растительности: рогов, перьев и перепончатых накладок, свойственных остальным представителям вида.

Биография: правдивая история его жизни целиком неизвестна, кажется, даже ему самому. Впрочем, из того, чему Сухокожий позволил всплыть на поверхность понятно, что детство и всю юность он коротал в качестве раба у одной из мелких сошек Телванни. О прошлом вспоминает неохотно, однако без особых эмоций, и пусть он не по своей воле попал в рабство, неприязни к Домам и их данмерам не питает.
Крепкое телосложение и завидные навыки в обращении с боевой экипировкой — будь то доспехи или оружие — приобрёл на военной службе во время Войны Альянсов. В Сиродиле был разведчиком, однако в засады попадал куда чаще, чем ловил, поэтому сменил вид деятельности — записался в пехотинцы, где и дослужился до ранга Ветерана. В качестве сувениров привёз три вещи: шрам через всё лицо, ковенантскую баллисту и человеческий череп. Зачем ему первые два — умалчивается.
Сейчас комиссован за заслуги и по собственному желанию.

Характер: можно бы сказать, что Dries-Own-Scales выделяется неконфликтностью и по-аргониански аморфным мировоззрением, однако это можно сказать обо всех аргонианах вообще. Характер скрытный, но доброжелательный; сам его владелец живёт по принципу «Живи сам — дай жить другим». В двух словах его можно окрестить «умеренно нейтральным», если не безразличным.
Чем этот аргонианин действительно отличается от сородичей, так это… своеобразным чувством юмора, чьи многочисленные произведения порой граничат со смертельным оскорблением или бредом сумасшедшего. Для того, чтобы хорошо посмеяться Сухокожему не нужны слушатели; он верит, что для удачной шутки необходимы только две вещи: рассказчик и подходящее настроение.

Сам — также в шутку — любит сравнивать себя с луком: «Под каждым предыдущим слоем находится следующий… и сколько не чисть, пахнут они одинаково паршиво».

Политические взгляды: индиферентны

Религиозные воззрения: головная боль Dries-Own-Scale. Будучи взятым в рабство ещё в раннем детстве, он всю свою жизнь находился вдали от Хист, слабо представляя необходимость в связи с ним и последствия её отсутствия. Он — лукайул и доволен этим, поэтому не ищет понимания у остальных, «полноценных» аргониан и по возможности избегает встреч с ними.

Сильные стороны: хорошая физическая форма и действительно разнообразные навыки: от кузнечного дела до алхимии, изучал всё понемногу, но ничем не увлёкся по-настоящему.

Слабые стороны: болезненная избирательность в выборе друзей, даже знакомых. Опыт прошлых лет научил Сухокожего с особой осторожностью подбирать себе приятелей, как следствие — одиночество и отсутствие посторонней помощи.

Отношения с другими персонажами: отсутствуют

Отношение к критике: резко положительное.

Отредактировано Dries-Own-Scales (2018-01-12 11:45:02)

+2

2

Квенту я хоть и дописал, но скриншоты будут позже, когда я уговорю кого-нибудь сделать их без помощи Лейтенанта Графоуни.
И я оставил несколько спорных моментов, которые наверняка поднимут пару бровей, посему джастификации ради экспланирую: все неувязки присутствую в квенте согласно замыслу, объяснять их попытаюсь в дневниках и логах.

Отредактировано Dries-Own-Scales (2018-01-12 11:46:37)

0

3

Эпизод 1: Пролог

Место: Сиродил близ Имперского Города
Время: разгар заката

Задумчивый аргонианин сидел на замшелом валуне, опершись плечом на подобранную ногу и невидящим взглядом следил за волнами озера Румаре, вальяжно перекатывавшимся в отблеске заходящего солнца. В левой руке он держал ещё полный пузырёк с зельем скорости, которое так же задумчиво перебалтывал от нечего делать. Прямо под камнем, немного в стороне от его левой ступни две сколопендры затеяли выяснять отношения и своей вознёй взрывали рыхлую прибрежную почву, разбрасывая её частички повсюду вокруг. В другой день Сушит-Собственную-Чешую обязательно бы заинтересовался их потасовкой и обязательно поболел за победителя, но это был не тот день и ему было всё равно. Вдруг аргонианин вздохнул в голос и не отпуская озера взглядом заговорил на чистом джелль, смачно растягивая гласные, как это делали все его сородичи:

«Гхээээгм.» *вздох*
«Ууу меняаа никогда неее было рогов, которыми я мооог гордиться. Мой народ, нароооод… ЦЕНИТ пёструю чешую и всякие украшееения вроде рогов или перепооонок. Так каджиты гордятся цветом меееха или роскошной грииивой… Но мне нечем гордиться; всё, что есть у меня — это голый череп.»

Аргонианин перевёл взгляд на собеседника напротив, отставил зелье в сторону и продолжил уже более бодрым тоном, соблюдая звуковую длину слогов.

«Это?» — он указал пальцем освободившейся руки на ряд крепких рогов, отходящих во все стороны от его затылка — «Это – иллюзия, обман зрения. Очень качественный обман, между прочим, и очень… дорогой. Ты не захочешь знать, сколько я заплатил за него этому… Телванни, просто знай, что они не настоящие.»

Конец последней фразы Сушит-Собственную-Чешую произнёс резко, в его голосе ощущалось тяжёлое сожаление. Договорив, он медленно натянул хлопковый капюшон без украшений и рога скрылись из виду. Ткань повторяла форму его головы.

Некоторое время он и собеседник молча наблюдали друг друга, но Сухокожий не обладал хоть сколь-нибудь заметным запасом терпения — вскоре он не выдержал и резким движением сбросил капюшон обратно на спину, после чего продолжил говорить.

«Ггхмм… ты же знаешь, что я из этих. Лукайуул. Я подумал: может, это от этого? Поэтому рога не растут?»

В его хриплом, пустом голосе звучала детская наивность и совсем недетское отчаяние. Всю жизнь он пытался найти себе друзей или, по крайней мере, пару, но так ничего не получилось. Никто из сородичей не хотел надолго оставаться в его компании, даже те, кто не знал о нём ничего.

«Лладно, не обрращщай внимания. Ссслуччается.» — аргонианин опустил голову в знак сожаления и провёл рукой от надбровных костей до задней части шеи. Рука прошла сквозь рога, не встретив сопротивления.

«Я всё думаю, — заговорил он опять, но более спокойным голосом — что мне делать после? Сегодня – последний день, завтра мы уже пересечём границу Сиродила. Куда идти? Зачем?»

Сухокожий перевёл взгляд на нестройный ряд облаков, опоясовавших тускнеющую линию горизонта и тот снова сделался мутным. Он носился с этим вопросом уже больше месяца, спал и ел со страхом неопределённости: ему некуда было идти по окончанию службы. Его никто не ждал. Вслух свои переживания он оформлял впервые.

Однако, ответа не последовало. Сушит-Собственную-Чешую повёл головой и сфокусировал взгляд на айлейдской колонне, торчавшей из зарослей вдалеке справа как сломанная кость. Времени больше не было. Он привычным усилием напряг мышцы спины, расправил затёкшие ноги, размял хвост. После перекинул через плечо Древний Свиток и несколько раз расправил плечи, чтобы проверить как сидит ноша, произвольно поморщился — такие непонятные вещи, как Свитки заставляли его нервничать. Закончив приготовления, Сухокожий задумчиво посмотрел на свой двуручный меч, который он оставил прислонённым к камню ещё перед привалом — оружие было грязным, лезвие – щербатым, а эфес и рукоять потеряли товарный вид, кажется, ещё в прошлой эре. Аргонианин ухмыльнулся — больше эта штуковина ему не понадобится. По крайней мере, понадобится нескоро.

Одним движением он опрокинул зелье скорости и повернулся к своему собеседнику.

«Помощи от тебя — как обычно, рраньше ты был рразговорчивей.» — с ухмылкой и этими словами Сушит-Собственную-Чешую подошёл к валуну напротив, подхватил и уложил в заплечную сумку лежавший там человеческий череп и рысью бросился на северо-восток.

Голоса приближались с юга. Они были близко.

http://sd.uploads.ru/nlTHw.png

Отредактировано Dries-Own-Scales (2018-01-12 17:56:44)

0

4

Вопрос: а почему имя аргонианина во всём тексте пишется по-английски? Несколько режет глаз при прочтении. Всё-таки текст на русском, наверное лучше было бы придумать и привести устраивающий тебя русский аналог? В РП в любом случае обращаться будут на русском и, если "официального" аналога не будет, начнут придумывать свой.. :)

0

5

Isugi, честно говоря, я об этом даже не думал. Не вызывало неудобств при прощении.
Однако, уже исправил. А официальным аналогом может стать кличка, благо - она на русском.

+1

6

Эпизод 2, часть 1: На живца

Место: Сиродил, где-то у Восточных Ворот
Время: полдень, вечер, ночь

Этот день не задался уже с вечера.
Война Альянсов только началась, все фракции переживали пик в наборе добровольцев и как следствие — жестокий дефицит ресурсов. Доходило вплоть до того, что разведчики помимо боевых сведений должны были приносить в лагерь рыбу, дичь, дрова и ягоды, а целым отрядам новоприбывших очень часто не хватало места и крова для ночлега, потому ночевать приходилось где попало: под воротами крепости, в конюшне, открытом поле… Не стал исключением и отряд, к которому был приписан Сушит-Собственную-Чешую.

Сказать, что отряд был пёстрым — не сказать вообще ничего. В него входили: четыре нордлинга, четыре данмера, один аргонианин и босмер... БОСМЕР! Этот-то что здесь делает? С самого прибытия этот щуплый паренёк со смешным именем держался в стороне от основной группы и вызывал недоумение: лесной эльф? В рядах Пакта? От сальных шуток и омерзительных скабрезностей, неиссякаемым потоком лившихся на несчастного бойчи, у Сушит-Собственную-Чешую стало ломить шею, поэтому он решил взять босмера под своё негласное покровительство: держался по большей части около него, а всех шутников награждал тяжёлым взглядом и демонстрацией острых зубов. Спустя час очередь на упражнение в остроумии закончилась и эльф немногословно поблагодарил своего покровителя. Аргонианин кивнул, но не ответил.

Сушит-Собственную-Чешую и новая партия рекрутов прибыли вместе с последним караваном накануне в полдень и сразу же были выставлены за ворота — «на мороз» — заспанным квартирмейстером, который выдал им первое боевое задание: добыть еду и пережить ночь. Задание, мягко говоря, вызвало волнение в строю: никому ещё не выдали оружия и шла война, однако на вопрос «А не забредают ли сюда кинжалы (прим. пер.: Daggers) ?» квартирмейстер только выдавил задумчивое «Не должны…»

Однако, он ошибался.
Шёл третий час поиска места для ночлега и шёл он безуспешно: вокруг крепости раскинулась равнина и только за ней начиналась гряда холмов и балок. Общее совещание постановило, что стать жертвой засады — участь куда более привлекательная, чем просто играть мишень на хорошо простреливаемой площади и поэтому весь отряд разбрёлся по внушительной территории в попытках найти или собрать еду и хворост.
Сушит-Собственную-Чешую пошёл вместе с одним из нордлингов; вдвоём они склонились над кустом и пытались определить съедобность ягод «на глаз», когда на норда внезапно налетел их босмер.

— Каакого… — начал было реветь северянин, но лесной эльф зашипел на него и замахал руками
— Там! Кинжалы! Синие! В овраге! Один! Пошли! — выдал босмер и помчался прочь. Сушит-Собственную-Чешую посмотрел на нордлинга, нордлинг истолковал этот взгляд как согласие и припустил вслед за лесным эльфом. Аргонианин удручённо вздохнул и поплёлся следом.

Босмер не солгал — кинжал действительно был. Бретонец в ковенантской форме, судя по всему, маг, стоял на вершине холма и всем своим видом изображал потерянность.

— Да он никак заблудился! — буркнул норд,
— Какая разница… — прохрипел в ответ аргонианин и склонился к товарищу, объясняя план. Босмер молчал и тщетно прислушивался к словам ящера, в итоге смог различить только «привет» и «как-нибудь».
— Но у меня нет ремня!
— Зззначит сссвяжешь шштанами!

Бретон всё так же стоял на холме и зажав посох под рукой рассматривал карту. Внезапно на его плечо легла мозолистая рука нордлинга:

— Привет! — начал было северянин, но тут же опрокинулся навзничь. Посох мага мгновенно переместился в руку и уже выдал заклинание. Он выдал бы и второе, если бы успел — подобравшийся за спину бретонца Сушит-Собственную-Чешую приложил к его голове солидного размера камень. Ковенантский разведчик отключился, а норд стал неспешно стаскивать с себя штаны…

Вскоре павший маг – связанный и униженный – был доставлен на уговоренное место ночёвки и положен рядом с ворохом дров и двумя мёртвыми оленями. На вопрос «Зачем два?!» добывшие дичь нордлинги ответили, что, мол, про запас.

Вокруг стремительно темнело, а отряд новобранцев уже устроился на ночлег. Свежий костёр радостно потрескивал, оленина заняла причитающееся место на импровизированном из палок вертеле. Данмеры и норды устроились у огня и что-то вяло обсуждали; кто-то гнусавил песню, босмер пропал ещё до заката, захватив с собой одного варвара и тушу одного оленя. Вернулись они когда вокруг уже прилично потемнело, а мясо прилично прожарилось, однако причину отсутствия спрашивать никто не стал — эльф притащил на себе два увесистых меха с жидкостью, а нордлинг ещё на подходе к лагерю завопил «МЁЁД!».
Всем было не до того.

Вечер удался.
На вертеле оставалось ещё примерно пол-оленя, когда все были уже пьяны в дым. Двое данмеров давно отправились спать, все остальные сидели у костра. Один из нордлингов рассказывал анекдот, трое других корчились от смеха, связанный бретон просто корчился… Данмеры травили какие-то сомнительные байки: про ворожей, двемерских автоматонов, ледяные привидения… На моменте истории про двемерские сферы дремавший было босмер вдруг встрепенулся и стал поочерёдно всматриваться то в данмеров, то в нордлингов. Минуту спустя он завопил «Данмеры! Вы – точь-в-точь как эти нордлинги!» — затем хмыкнул то ли от абсурдности сказанного, то ли от радости удачной шутке и заключил: «Ну и дичь несу!».

Через несколько часов все спали. Сушит-Собственную-Чешую хоть и вызвался нести дозор, однако не смог пойти против лучшей части себя и регулярно прикладывался к меху с медовухой. Заснул он незадолго до полуночи на холме, возвышавшимся над местом ночёвки.

Отредактировано Dries-Own-Scales (2018-01-12 20:58:17)

+1

7

Эпизод 2, часть 2: На живца

Свернутый текст

Сушит-Собственную-Чешую проснулся ещё до рассвета. И сразу захотел заснуть снова.
Голова гудела и по ощущениям напоминала поле — мысли носились как ветер, не встречая препядствий: что вчера было? Попойка – это точно, а что ещё? Он попытался открыть глаза, но получилось с половинным успехом – видел только один, второй закрывала какая-то тряпка. Штаны?

— Так, так, соберись. Что было вчера? — аргонианин упёр локти в колени и взялся за голову — Нас везли в карете, потом в лодке. На восток. В морроувинд? — внезапно ему показалось, что за ним следят
Нас выпустят, это точно!— вдруг раздалось откуда-то слева

Сушит-Собственную-Чешую прошарил взглядом по помещению. Темно, душно, каменная кладка. Башня. Слева обнаружилась задняя часть босмера, всё остальное было погребено под грудой мешков с ячменём. Лесной эльф причитал и всхлипывал: казалось, он боялся.

— Эй, ты… эльф! Чего ты там делаешь? — прохрипел ящер, всё ещё пытаясь осознать происходящее
— У меня клаустрофобия!

Аргонианин не понял ни слова. Впрочем, Сушит-Собственную-Чешую был наслышан об особенностях  босмерской культуры и самих босмеров в частности, поэтому не придал выходкам эльфа значения. «Интересно, они и правда едят своих сородичей? Что, детей тоже? А кто готовит?» — пронеслось в голове ящера. Однако, додумать этот животрепещущий вопрос он не успел.

За дверью сторожевой башни послышались шаги и голоса двух мужчин. Один был явно на взводе и чем-то недоволен, а второй – судя по тону – предпочёл бы оказаться в другом месте. Внезапно голоса прекратились и через дерево донеслось «Я сказал, сам!» и уши Сухокожего резануло противным, невыносимым скрипом ржавого ключа, вращающегося в ещё более ржавом замке. Затем глухой удар и дверь распахнулась.

На пороге появился моложавый данмер в тяжёлом акавирском доспехе, который пытался было напустить бравый вид полевого генерала, но сразу сдался и теперь просто таращился обескураженным взглядом на развернувшуюся перед ним картину. И картина того стоила — несколько порванных мешков с провиантом, на которых с комфортом устроились: половина босмера, человекоподобный ящер и нордлинг без штанов.

— Н’вахи! Чтобы все ровно через один час были на построении или я вас в такую задницу засуну, что не найдёте выхода до следующей эры! Идёт война! Никто не станет искать пушечное мясо! Всё понятно?! — завопил мер, срываясь на гнусавый визг.

И понятнее было некуда.
В первую очередь – лесному эльфу, который дёрнулся, вскочил как подорванный и проигнорировав стоявшую в проходе фигуру рванул вон с воплем «СВОБОДАА!». Только что проснувшийся нордлинг поводил осоловевшими глазами от аргонианина к данмеру, поднялся и нетвёрдой трусцой бросился на выход. Сушит-Собственную-Чешую остался сидеть.

— Тебе, ящерица, особое приглашение?!

Ящерица оскалилась.
Мало того, что аргонианина мучили последствия вчерашнего вечера, мало того, что визг мера бил в голову ещё хуже, чем звук от трения ржавого метала, так этот чернорожий обмылок ещё назвал его… ящерицей. Кроме того, было в этом заносчивом ублюдке что-то, чего ящер не видел уже давно… и это что-то ему не нравилось. Сушит-Собственную-Чешую вальяжно поднялся, подошёл к данмеру вплотную и осознал, что тот не достаёт ему даже до шеи. Лёгкая добыча.

— Дрес? — с обоятельной, но хищной улыбкой спросил ящер
— Что? — казалось, мер удивлён умению ящерицы говорить
— Ты из дома Дрес?
— Какое тебе дело сссо…

Но Сушит-Собственную-Чешую не стал купаться в новом потоке оскорблений.
Правой рукой он схватил его за шею и поднял, приперев к стене, левая легла на эфес меча данмера. Осторожно, чтобы не свернуть своей жертве шею, аргонианин слегка повернул правую руку — из-под воротника мера чуть пониже кивательной мышцы выглядывало звено цепи. Сухокожий носом выпустил воздух.

— Ззначит сслушшай ссуда, эльф; объяссняю один ррразсс: я не прривык, шшто кажщщдая черрнорожая мррразь поливает меня гррязью. Ещё одно ссслово… идёт война и никто не сстанет исскать одного ррработорррговца! — с этими словами он отпустил «генерала» и направился к лагерю.

На горизонте разгорался рассвет.

Отредактировано Dries-Own-Scales (2018-01-18 19:30:41)

0

8

Эпизод 2, часть 3: На живца.

«Зззасссада!»
Сушит-Собственную-Чешую вместе с подконтрольным ему отрядом новобранцев уже несколько часов изображали мишень в чистом поле — сидели в засаде и активно выполняли боевую задачу. Равнина, на которой они отчаянно старались скрыть своё присутствие, была ровной настолько, насколько это можно представить: ни гор, ни холмов, ни единого дерева. Невдалеке от ящера двухметровый норд пытался скрыть свою необъятную тушу за тщедушным кустиком, аргонианин же не стал мудрить и просто лёг за кочкой — пусть толку мало, но на безрыбье…

Солнце было в зените и ящер мучился жаждой и угрызениями совести: из-за него десяток совсем мягкошкурых рекрутов теперь рискует своими жизнями. А ведь всех их где-то ждут — жёны, дети, друзья. Если бы только он тогда проглотил и не стал пугать капитана…

Свернутый текст

Построение уже заметно затягивалось.
Всех новобранцев выстроили перед палаткой-шатром главнокомандующего ещё полчаса назад и всё это время они молча ждали. Прямиком из башни Сушит-Собственную-Чешую направился к квартирмейстеру за своим комплектом снаряжения, но к нему уже выстроилась приличная очередь и поэтому пришлось ждать. Пришлось не зря, поскольку из праздной болтовни и подпольных перешёптываний сонных рекрутов аргонианин почерпнул уйму полезной информации. Тот данмер был никто иной, как капитан Корринус, он же – капитан Копринус или Злокрыс-Главнокомандующий Задницы — временный заведующий лагерем в отсутствие военачальника Циммерона. Подробная его биография целиком представляет из себя загадку, однако доподлинно известно, что его мать имела романтические отношения со стадом вьючных гуаров, а сестра занимает высокую должность в Доме Земных Наслаждений. Характер был – по слухам – прескверный и ко всеобщему удивлению он оказался женат.

Наконец полог распахнулся и наружу вышагал тот же самый моложавый эльф в тяжёлом акавирском доспехе — Сушит-Собственную-Чешую смачно выругался про себя и напрягся в ожидании чего угодно. Он сдавленно улыбался, равно как и всегда, когда очень нервничал.

«Н’вахи! Добро пожаловать в ряды доблестной армии Эбонхартского Пакта!» — отчеканил данмер. Очевидно, на другое приветствие ему не хватало или фантазии, или вежливости. — «Уже завтра вас и ваших матерей поимеют во всех позах… — тут он указал в сторону ворот — они! Орки, редгарды, каджиты! Но сегодня, когда вы пойдёте туда — снова жест в ту же сторону — у вас будет шанс задать им хорошую взбучку! И кто знает, возможно вы поимеете их первыми!» Тут Корринус принялся шагать вдоль шеренги взад и вперёд, раздавая задачи и поручения. До Сушит-Собственную-Чешую оставалось около десяти человек, когда капитан остановился и расплылся в гнусной ухмылке: «А теперь…»

«…значит будем ловить на живца! Вы! Пойдёте в разведку боем! А ты принесёшь мне её голову, ящер! Понял?!» — пронеслось в мыслях Сухокожего — «Отличный план — отправить отряд новобранцев за головой военачальника Доминиона. Браво, копринус, браво!»

Аргонианин сожалел о содеянном, хоть и понимал, что в этом уже нет смысла. Так прошёл час, за ним ещё один, за ними – ещё два. Редко кто-то из дальних флангов подползал к аргонианину и докладывал отсутствие противника. Вскоре начало смеркаться и отряд стал заметно нервничать — разведчики ушли ещё в полдень и до сих пор не вернулись. Сушит-Собственную-Чешую был уверен, что ждать их уже бесполезно, а вот облавы – в самый раз. Он махнул рукой лежащему в десятке метров справа данмеру:

— Сандас! Командуй сбор и отступление!

Аргонианин посчитал, что раз их не убили до сих пор, то может быть, капитан Корринус хотел просто опозорить своего обидчика и всего-навсего сломать ему ноги перед прыжком на карьерную лестницу. В любом случае, ждать больше не было смысла — приближалась ночь.

— Меня зовут не Санд… Сзади! — вскрикнул мер и опрокинулся навзничь
— НАПАДЕНИЕ! — донеслось сразу с нескольких сторон. Аргонианин осознал всё в один миг — они были окружены.
Давно.

— Всадник у ворот! Свой! — крикнула Сиф Белая Прядь. Она командовала на стенах не первый год и знала, что одинокие всадники редко приносят хорошие новости; легат предвкушала волнение.

Спустившись с дозорной башни, она наткнулась на бегущих солдат, стражников и бредущего за всеми сонного квартирмейстера — ей казалось, он никогда не высыпается. Всадник уже спешился у ворот и теперь пробивался через толпу в направлении лагеря, в котором сейчас прибывал военачальник Циммерон, который заперся в шатре со своим протеже – Капитаном Копринусом. Но очевидно, что в процессе доклада что-то пошло не так: военачальник пришёл в ярость и приказал стражникам не выпускать копринуса из палатки. Легат ухмыльнулась: капитан действовал на нервы всем в лагере в одинаковой степени, однако она… она предпочитает называть его Злокрысом. Дойдя до стремительно увеличивающейся в численности толпы, Сиф поспешила остудить пыл новоприбывшего:

— Стой-стой-стой, солдат. Прежде, чем тебя пропустят в лагерь, ты должен доло… Шоровы кости, да ты весь в крови! Лекаря сюда! Живо! — легат начала говорить ещё в толпе, благо голос позволял, однако сейчас почти охрипла от дикости зрелища: рослый аргонианин со звериным оскалом и безумными глазами был почти полностью испачкан кровью… но всё ещё держался на ногах.
— Это… не моя. Пропусти. К копринусу! — выдавил аргонианин с отдышкой: казалось, каждое слово даётся ему с невероятным усилием. Сиф бросила взгляд на окровавленный мешок, который ящер снял с седла и теперь прижимал к груди.
— Сначала покажи, что у тебя в мешке.
— Подарок. Злокрысу! Отойдём… покажу!

Сиф Белая Прядь согласилась.
Она командовала на стенах не первый год и знала, что одинокие всадники редко приносят хорошие новости; легат ожидала чего угодно, однако всё равно оказалась не готова увидеть содержимое мешка. «Подарок» она будет помнить до самой старости, пока её не начнёт подводить память.

— Я тебя предупреждал, Корринус! Ты меня уже достал своими выходками! Сколько рекрутов погибло за последние месяцы?! А теперь ты отправляешь ещё один отряд ЗЕЛЁНЫХ новобранцев за головой Эрделе?! Ты выжил из ума! Да, у нас много рекрутов, но не настолько, чтобы разбрасываться ими как фуражирами! — буйствовал Циммерон. Корринус даже не пытался противоречить, только наблюдал за военачальником недвижимым взглядом. — Моли Восьмерых, капитан. Если хоть один из них не вернётся — я прикажу тебя казнить, а если не вернутся все — казню лично!

Тираду военачальника прервал его личный гвардеец: кто-то пытался попасть в палатку без приглашения. Судя по виду и голосу стражника, кто-то неприятный.

— Чего ему надо? — гневно спросил Циммерон
— Не могу знать, военачальник! Говорит, подарок для капитана Корринуса. — едва гвардеец успел договорить, как в шатёр влетел его напарник, а за ним ворвался окровавленный аргонианин. Военачальник Циммерон машинально обнажил меч и приготовился к обороне.

— Убери…те меч, военачальник. Я…из Пакта! Рекрут Сушит-Собственную-Чешую! С докладом! — выцедил ящер, поднявшись с колен и повернувшись лицом к Циммерону. Военачальник посмотрел в глаза ящера и со вздохом отвёл взгляд.
— Докладывай.

Аргонианин впился невидящим взглядом в капитана Корринуса и начал доклад.
На самом деле возле форта Аллессии не находился командный пункт сил Доминиона, не было там и военачальника Эрделе. Зато там был Древний Свиток, который противник охранял всеми силами в любое время суток. Первые четверо новобранцев из отряда Сушит-Собственную-Чешую умерли на месте ещё при первом залпе, остальным же хоть и повезло, но ненадолго. Аргонианин, несколько данмеров и нордлинг успели укрыться от второго залпа под телами умирающих товарищей, их же они использовали как щиты во время нападения пехоты. Не выжил никто, исключая Сухокожего и одного нордлинга – им чудом удалось добраться до воды и скрыться на другом берегу. Однако раненный норд не пережил долгого заплыва и из реки выбрался только аргонианин. Теперь он стоял перед своим военачальником и его капитаном и с отсутствующим видом мял в руках мешок. Доклад был закончен.

Военачальнику Циммерону не один раз приходилось выслушивать доклады о потерях, поэтому он не ощущал ничего, кроме досады и разрастающегося как буревая туча гнева.

— А что у тебя в мешке, солдат?
— Подаррок капитану. — отчётливо произнёс аргонианин. Затем он запустил руку в мешок и швырнул связку чего-то жёлтого на колени Корринусу. Лицо капитана исказилось в гримасе отвращения и он поспешил ответить взаимностью:
— Ты…ты….паскудная, мерзкая тварь! Тебя и твою мать… — не успел договорить копринус, как оказался на полу. Военачальник Циммерон принялся потирать сжатый кулак.
— Корринус, — начал он сдержанным тоном — Корринус, ты знал, что твои подчинённые за глаза называют тебя копринусом?
— Да я имел этих подчинённых… — попытался было ответить капитан, но его прервало лезвие меча Циммерона, недвусмысленно царапавшее пепельную шею капитана чуть повыше татуировки.
— Значит, знал. Ну, хоть что-то. Идём, копринус, этой ночью я тебя казню. — заключил военачальник с абсолютно безразличным видом и перевёл взгляд на ящера. Сушит-Собственную-Чешую смотрел на него с заинтересованным видом и как-то по-дурацки улыбался.
— Военачальник, ррразррешите я казссню. Я был. Там! — Циммерон поколебался пару ударов сердца, а затем зашагал вон из палатки. Остановившись у выхода он бросил через плечо:
— Найди меня у святилища, когда закончишь.

Отредактировано Dries-Own-Scales (2018-01-18 22:42:08)

+1